Есть события, после которых жизнь делится на «до» и «после». Для многих людей таким событием становится день, когда врач произносит слово «рак». Очень часто потом человек вспоминает не весь разговор целиком, а какие-то отдельные детали: белую дверь кабинета, звук открывающегося окна, папку с анализами в руках врача, собственные ладони, которые вдруг стали холодными. Все остальное будто исчезает.

Кажется, что мир продолжает жить как обычно, кто-то идет по своим делам, звонит телефон, за окном едут машины, а внутри происходит что-то настолько большое, что в это невозможно поверить. Именно поэтому многие люди спустя годы говорят одну и ту же фразу: «Я вообще не помню, что мне тогда говорил врач».

В тот момент кажется, что это происходит из-за невнимательности или растерянности. На самом деле психика просто не способна сразу вместить такую новость. Она делает то, что умеет лучше всего в ситуации угрозы: пытается защитить человека от перегрузки.


Первые дни после диагноза редко похожи на то, что мы представляем

До тех пор пока человек сам не сталкивается с онкологическим диагнозом, ему кажется, что он примерно понимает, как будет себя чувствовать. Многие думают, что будут плакать, паниковать, искать информацию или, наоборот, сразу начнут действовать.

На практике все оказывается гораздо сложнее. Очень часто в первые часы и даже дни человек вообще почти ничего не чувствует. Он отвечает на звонки, разговаривает с близкими, едет домой, может даже приготовить ужин или лечь спать, а потом вдруг понимает, что все происходило словно не с ним.

Другие, наоборот, ощущают такую волну тревоги, что становится трудно дышать. Мысли начинают двигаться по кругу, цепляясь одна за другую. Что будет с детьми? Как сказать родителям? Смогу ли я работать? Это лечится? Я умру? На эти вопросы пока еще нет ответов, но мозг настойчиво требует их найти, потому что неопределенность переживается почти невыносимо.

Бывает и третья реакция, которая удивляет самих пациентов больше всего. Человек остается спокойным. Он внимательно слушает врача, начинает планировать обследования и даже ловит себя на мысли, что совсем не плачет. Потом появляется чувство вины: «Наверное, со мной что-то не так. Почему я не реагирую?»

На самом деле это тоже одна из нормальных реакций психики. Иногда ей нужно время, чтобы осознать произошедшее, и чувства приходят значительно позже.

Кажется, что решения нужно принимать немедленно

Практически сразу после постановки диагноза жизнь начинает стремительно заполняться вопросами. Какого врача выбрать? Где проходить лечение? Нужно ли получать второе мнение? Рассказать ли коллегам? Что говорить детям? Искать ли информацию самостоятельно или лучше ничего не читать? Очень часто человеку кажется, что от ответов на эти вопросы зависят ближайшие часы, а любая ошибка может оказаться роковой.

Пожалуй, именно здесь тревога становится особенно громкой. Она настойчиво убеждает, что времени нет, что любое промедление опасно, что нужно срочно принимать решения, хотя внутри еще продолжается тот самый первый шок. На самом деле большинство онкологических диагнозов позволяют взять небольшую паузу, чтобы прийти в себя, получить дополнительные консультации и спокойно разобраться в ситуации. Это не значит откладывать лечение. Это значит не позволить панике стать главным человеком, принимающим решения.

Мне всегда хочется сказать пациентам одну очень простую вещь. Сегодня вам не обязательно знать ответы на все вопросы. Более того, невозможно знать их в первый день. Сейчас достаточно сделать только следующий шаг, а не пытаться мысленно прожить весь путь лечения сразу.


Самым тяжелым оказывается не только диагноз

Очень быстро выясняется, что болезнь касается не только самого человека. О диагнозе начинают узнавать близкие, и каждый переживает его по-своему. Кто-то немедленно присылает ссылки на статьи и контакты врачей. Кто-то начинает рассказывать истории знакомых, которые тоже болели раком. Кто-то повторяет: «Главное — не думай о плохом», искренне надеясь этим поддержать. А кто-то неожиданно исчезает, потому что сам не знает, как выдержать такую новость.

Все эти реакции могут оказаться дополнительной нагрузкой именно тогда, когда собственных сил почти не осталось. Человеку приходится не только справляться со своим страхом, но и успокаивать родителей, отвечать на бесконечные сообщения, принимать советы, о которых он не просил, и одновременно пытаться разобраться в происходящем. Иногда именно поэтому появляется желание никому больше ничего не рассказывать и хотя бы ненадолго остаться в тишине.

Это совершенно понятное желание. После постановки диагноза психике очень важно время, чтобы хоть немного освоиться в новой реальности. И далеко не всегда большое количество разговоров помогает сделать это быстрее.


Страх смерти не означает, что вы сдались

Наверное, нет переживания, которого люди боялись бы признать сильнее. Очень многим кажется, что если после постановки диагноза появились мысли о смерти, значит, они недостаточно сильные, недостаточно верят в лечение или уже заранее проиграли.
За годы работы я убедилась в обратном.

Страх смерти — одна из самых естественных реакций человека, который столкнулся с угрозой жизни. Он не делает вас слабее. Он не ухудшает прогноз. Он не означает отсутствие желания лечиться. Он просто говорит о том, что психика пытается встретиться с темой, о которой раньше можно было почти не думать.

Мне кажется, одна из самых больших ошибок, которые мы совершаем рядом с человеком после постановки диагноза, заключается в том, что стараемся как можно быстрее избавить его от этого страха. Мы говорим: «Не думай об этом», «Все обязательно будет хорошо», «Настрой очень важен».

Но страх не исчезает только потому, что ему запретили существовать. Гораздо чаще он становится тише тогда, когда человек наконец перестает бороться с самим фактом того, что ему страшно.

Как с этим работает онкопсихолог

Самая важная задача онкопсихолога в первые дни после постановки диагноза — не успокоить человека любой ценой и не убедить его мыслить позитивно. Гораздо важнее помочь психике постепенно справиться с тем объемом переживаний, который обрушился на нее практически одновременно.

На консультациях мы разбираем не только страх, но и тот хаос, который возникает вокруг болезни: как принимать решения, когда невозможно сосредоточиться, как разговаривать с врачами, чтобы после приема помнить сказанное, как сообщить диагноз близким, если пока нет сил выдерживать их реакцию, и как защитить себя от потока информации, который очень быстро начинает усиливать тревогу вместо того, чтобы помогать.

Очень часто человек приходит с ощущением, что полностью потерял контроль над собственной жизнью. Мы не можем отменить диагноз, но можем постепенно вернуть ощущение опоры. Не той, которая строится на обещаниях, что все обязательно закончится хорошо, а той, которая помогает проживать сегодняшний день, принимать следующие решения и шаг за шагом двигаться дальше. Именно это ощущение внутренней устойчивости становится одной из самых важных опор на протяжении всего лечения.

Если вы только что узнали о диагнозе, не пытайтесь требовать от себя спокойствия, мудрости или немедленной готовности бороться.

Сейчас ваша психика делает огромную работу, пытаясь справиться с событием, к которому невозможно подготовиться заранее. Вам не нужно сегодня быть сильной на весь путь лечения. Достаточно прожить сегодняшний день и сделать один следующий шаг. Все остальные шаги появятся позже.

И очень важно помнить, что проходить этот путь в одиночку совсем не обязательно.

1)
2)
3)